Ангелы поют
Иконы и фрески

Сошествие во ад
Монастырь Хора (Константинополь). XIV в.

Все золотое, все: и люди золотые, и серые сараи золотые, и сад, и крыши, и видная хорошо скворешня, — что принесет на счастье? — и не­бо золотое, и вся земля. И звон немолчный кажется золотым мне тоже, как все вокруг.

И.С. Шмелев
Медиа
Поделиться:

Святитель Лука – наш современник. Он скончался в 1961 году, в День Всех святых, в земле Российской просиявших. В самое страшное для нашего народа и нашей Церкви время он показал тот единственно правильный путь, который ведёт к спасению. В 2000-м канонизирован Русской Православной Церковью в сонме новомучеников и исповедников Российских. Судьба его невероятна.

Luka

Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий, будущий архиепископ, родился в 1877 году в Керчи, в семье аптекаря, принадлежавшего к обедневшему белорусскому дворянскому роду. Родители не навязывали детям свои религиозные взгляды, поэтому в юности Валентин находился в поиске своей, как бы сейчас сказали, идентичности. Одно время он, увлёкшись идеями Льва Толстого, спал на полу и ездил за город помогать крестьянам – чтобы быть поближе к народу.

Однако позже юноша разочаровался в псевдорелигиозных идеях великого писателя и вернулся в лоно традиционного православия. В 1889 году семья Войно-Ясенецких переехала в Киев, где Валентин окончил гимназию и художественную школу. Он очень хорошо рисовал, однако не видел в этом большой пользы людям. Поэтому поступил не в Академию художеств, а в Киевский медицинский институт. «Я изучал медицину с исключительной целью: быть всю жизнь земским, мужицким врачом», – писал позже святитель Лука. «Мужицким» – то есть врачом для простого народа.

Именно так всё и случилось – что бы впоследствии ни происходило в судьбе Валентина Феликсовича, он никогда не переставал лечить людей. Сразу после окончания института он начал работать в Киевском военном госпитале Красного Креста, в составе которого отправился на Русско-Японскую войну. Ещё не был изобретён пенициллин, применялся только опасный общий наркоз, врачи ничего не знали о гнойной хирургии, необходимость в которой чаще всего и возникала в условиях войны. Поэтому после многочасовой работы в операционной Валентин Феликсович проводил многочисленные научные исследования, главной целью которых было облегчить страдания больных и спасти как можно больше жизней.

Ничего удивительного нет в том, что даже с будущей супругой Анной Васильевной Ланской он познакомился на работе – в Киевском госпитале. У молодой семьи не было постоянного места жительства – Войно-Ясенецкие вынуждены были переезжать из города в город. Везде Валентин Феликсович, следуя своему правилу, почти круглосуточно работал в маленьких, не всегда оборудованных больницах, не делая разницы между богатыми и бедными, крестьянами и помещиками.

В 1908 году Войно-Ясенецкий поехал в Москву в экстернатуру при хирургической клинике известного профессора Дьяконова. Совместив свой огромный практический опыт со всеми накопленными к тому времени знаниями в этой отрасли медицины, он разработал свой собственный метод местной анестезии – первый в России и на тот момент самый эффективный в мире.

Luka

Но, несмотря на блестящие оценки его научной деятельности и многочисленные предложения научной работы в Москве, хирург остался верен себе: вместе с семьёй отправился в село Романовка Саратовской губернии, позже перебрался поближе к Москве, в Переславль-Залесский, чтобы иметь возможность заниматься не только практикой, но и наукой. В Переславле он возглавлял сразу несколько больниц – городскую, фабричную, уездную, а также военный госпиталь. Однако и из Переславля-Залесского Войно-Ясенецким, имевшим к тому времени четверых детей, пришлось уехать: Анна Васильевна заболела туберкулёзом лёгких. От этой болезни в то время спасались в жарком и сухом климате Средней Азии – и Войно-Ясенецкие переехали в Ташкент, где Валентин Феликсович возглавил городскую больницу.

Здесь их и застала революция. И именно в Ташкенте начались разногласия Войно-Ясенецкого с советской властью. В его больнице лежал тяжело раненый казачий есаул. Доктор отказался выдать его красным, укрыв у себя дома. Об этом кто-то донёс, и Валентина Феликсовича арестовали. Но, поскольку его знал и уважал весь город, скоро выпустили. Однако арест мужа нанёс здоровью Анны Васильевны непоправимый удар: в октябре 1919 года она умерла. Доктор Войно-Ясенецкий остался один с четырьмя детьми.

Несмотря на всё это, Валентин Феликсович без устали оперировал, преподавал студентам медицинского факультета Туркестанского университета, занимался наукой. Но окружающие заметили серьёзные изменения, произошедшие с их доктором. «Неожиданно для всех, прежде чем начать операцию, Войно-Ясенецкий перекрестился, перекрестил ассистента, операционную сестру и больного. В последнее время он это делал всегда, вне зависимости от национальности и вероисповедания пациента», – описывает очевидец.

Через какое-то время, видя искреннюю веру и огромный проповеднический талант доктора, епископ Туркестанский и Ташкентский Иннокентий (Пустынский) предложил Валентину Феликсовичу принять сан священника. Тот, не раздумывая, согласился и 15 февраля 1921 года был рукоположен. Отныне и в больницу, и в университет отец Валентин ходил в священнической рясе и с крестом на груди. Это выглядело бы необычным и в нормальное время, а во времена большевистского богоборчества было вызовом советской власти.

Но отец Валентин не боялся ничего и никого, кроме Господа Бога. 3 июня 1923 году Войно-Ясенецкий принял монашеский постриг с именем Лука, возведён в сан епископа и поставлен во главе Туркестанской епархии. А 10 июня он был арестован как «враг народа».

Епископ Лука, напомним, с самой юности был убеждённым демократом. И идея всеобщего равенства была ему близка, как никому. Почему же он не поддержал советскую власть, декларирующую именно эту идею? Вот что сказал епископ Лука в ходе одного из своих многочисленных допросов. Помимо всего прочего, это иллюстрирует то, как достойно он держался в тюрьме: «…Я тоже полагаю, что очень многое в программе коммунистов соответствует требованиям высшей справедливости и духу Евангелия. Я тоже полагаю, что власть рабочих есть самая лучшая и справедливая форма власти. Но я был бы подлым лжецом перед правдой Христовой, если бы своим епископским авторитетом одобрил бы не только цели революции, но и революционный метод. Мой священный долг учить людей тому, что свобода, равенство и братство священны, но достигнуть их человечество может только по пути Христову – пути любви, кротости, отвержения от себялюбия и нравственного совершенствования. Учение Иисуса Христа и учение Карла Маркса – это два полюса, они совершенно несовместимы».

В тот раз епископ Лука был освобождён под подписку о выезде из Ташкента в Москву, в Государственно-политическое управление – печально известное ГПУ. В Москве святитель Лука успел дважды встретиться с Патриархом Тихоном, находящимся под домашним арестом в монастыре, и один раз даже совершил богослужение вместе с Патриархом. Комиссия НКВД выслала епископа в нынешний Красноярский край, город Енисейск. Там он вернулся к привычным своим занятиям: лечил людей – очередь из пациентов была расписана на несколько месяцев вперёд, и совершал богослужения в своём доме. Он отказывался служить в храмах, оккупированных обновленцами.

Постепенно епископ и доктор стал настолько популярен среди местных жителей, что НКВД вынуждено было сослать его ещё дальше – в Туруханск. Здесь о нём уже знали: целая толпа горожан встретила святителя Луку на вокзале, прося благословения. Властям это, конечно, совсем не нра- вилось. Раз они не смогли сломить епископа Луку, то попытались пойти с ним на сделку: председатель местного крайкома предложил ему значительно уменьшить срок ссылки в обмен на то, что епископ откажется от своего сана. Стоит ли говорить, что святитель ответил ему твёрдым отказом?

Теперь его ждала деревня Плахино за полярным кругом. В деревне было пять изб. Но едва ссыльный там обустроился, из Туруханска приехал гонец от ОГПУ с требованием срочно вернуться. Оказалось, что в местной больнице умер крестьянин, нуждавшийся в сложной операции, которую, кроме епископа Луки, никто сделать не мог. И местные жители, вооружившись топорами и вилами, устроили настоящий бунт, требуя вернуть их доктора.

После освобождения из ссылки владыка Лука вернулся в Ташкент. Поскольку он не мог исполнять обязанности епископа Туркестанского – все храмы, которые не снесли, были оккупированы обновленцами, сотрудничающими с советской властью – он написал прошение об уходе на покой. Затем последовало новое надуманное обвинение и новая, двухлетняя, ссылка – на этот раз в Архангельскую область, город Котлас. Там он снова лечил и занимался наукой.

В 1934 году вышла самая известная работа профессора Войно-Ясенецкого – «Очерки гнойной хирургии». Она стала буквально сенсацией в медицинском мире. Никто и никогда так подробно и доказательно не исследовал эту область хирургии. Святитель Лука Войно-Ясенецкий был, несомненно, лучшим в мире специалистом в этой области. Но чиновники боялись создать специальный институт, о котором мечтал профессор Войно-Ясенецкий и необходимость которого он доказывал, ведь профессор был «неблагонадёжным». Тем не менее в самых сложных случаях всегда обращались к нему.

В этот период он получил от власти не индульгенцию – святитель всё равно оставался для этих людей чужим – но немного больше свободы. Его приглашали читать лекции студентам и врачам, консультировать в самых сложных медицинских случаях, у него появилось больше возможностей помогать людям, реализовывая свой данный Богом талант.

Luka

Но наступил 1937 год – апогей сталинского террора. Святитель Лука просто не мог остаться без внимания НК ВД, и 24 июля 1937 года он был арестован в третий раз. Его обвиняли в создании «контрреволюционной церковно-монашеской организации», главной задачей которой, по мнению следствия, было свержение советской власти. Под «организацией» чекисты понимали круг общения отца Луки, состоявший, естественно, в первую очередь из духовных лиц. Допрашивали с небольшими перерывами 13 суток, не давая спать. Но он не только не подписал никакие протоколы и никого не оговорил, но и в знак протеста против незаконных методов следствия объявил голодовку, продолжавшуюся 18 дней.

Приговор по тем временам епископ получил более чем мягкий: 5 лет ссылки в Красноярский край. Там святителя Луку и застала война. Зная, что является лучшим в стране специалистом в гнойной хирургии, он послал «всесоюзному старосте» Михаилу Калинину телеграмму: «Я, епископ Лука, профессор Войно-Ясенецкий… являясь специалистом по гнойной хирургии, могу оказать помощь воинам в условиях фронта или тыла, там, где будет мне доверено. Прошу ссылку мою прервать и направить в госпиталь. По окончании войны готов вернуться в ссылку. Епископ Лука».

На фронт профессора не отправили, но назначили главным хирургом Красноярского эвакуационного госпиталя и консультантом всех госпиталей Красноярского края. Он работал без выходных, делая по нескольку операций в день, спасая раненых. А в 1942 году святитель Лука был неожиданно назначен архиепископом Красноярской епархии. В самом Красноярске к тому времени не осталось уже ни одного храма. Архиепископ Лука добился открытия маленькой церкви в селе Николаевка, в пяти километрах от города, и совершал там богослужения по воскресеньям и праздникам.

Luka

В 1944 году святитель был назначен архиепископом Тамбовским, туда же переехал и военный госпиталь. В Тамбове и окрестностях благодаря его усилиям было вновь открыто много храмов. Епископ много проповедовал, призывая прихожан к борьбе с фашизмом, он активно участвовал в сборе средств для строительства «православной» танковой колонны имени Дмитрия Донского и авиа-эскадрильи имени Александра Невского.

В декабре 1945 года за помощь Родине архиепископ Лука был награждён медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне». А в начале 1946 года за разработку новых хирургических методов лечения епископу Луке была присуждена Сталинская премия. В это было сложно поверить: трижды осуждённый «враг народа» – и лауреат главной премии страны!

Из премиальных 200 000 рублей – 130 000 святитель передал в детские дома, остальное потратил на нужды храмов своей епархии. В том же, 1946 году, Патриарх Алексий подписал указ о переводе епископа Луки в Симферопольскую епархию, в Крым. Там, помимо служения епископом, он консультировал местных врачей, проводил показательные операции, читал лекции – и всё это делал в епископском облачении. Несмотря на многочисленные просьбы и даже приказы сменить одежду, он был непреклонен: или так, или никак.

Принципиальность симферопольского епископа, естественно, не сводилась только к одежде. Он противостоял давлению государства на Церковь, назначал на приходы неугодных власти священников, вернувшихся из ссылки, увольнял слишком активно сотрудничавших с властью иереев и проповедовал, проповедовал, проповедовал. К счастью, большинство проповедей святителя Луки записаны и дошли до нас.

В 2000 году гражданин Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий был признан государством жертвой политических репрессий и полностью реабилитирован. Памятники святителю Луке установлены во многих городах России и Украины, в его честь названо множество больниц и освящены многие храмы. Имя святителя Луки носит Красноярский государственный медицинский университет и Общество православных врачей России.

На допросах в НКВД

Из задокументированного диалога священника Войно-Ясенецкого с представителем новой власти Яковом Петерсом:

« – Скажите, поп и профессор Ясенецкий-Войно, как это вы ночью молитесь, а днём людей режете?

Я режу людей для их спасения, а во имя чего режете людей вы, гражданин общественный обвинитель?

– Как это вы верите в Бога, поп и профессор Ясенецкий-Войно? Разве вы его видели, своего Бога?

Бога я, действительно, не видел, гражданин общественный обвинитель. Но я много оперировал на мозге и, открывая черепную коробку, никогда не видел там также и ума. И совести там тоже не находил».

«...Я являюсь идейным и непримиримым врагом Советской власти. Это враждебное отношение у меня создалось после Октябрьской революции и осталось до сего времени… так как не одобрял её кровавых методов насилия над буржуазией, а позднее, в период коллективизации мне было особенно мучительно видеть раскулачивание кулаков (работящих, а потому зажиточных крестьян – Прим. ред.) …Большевики – враги нашей Православной Церкви, разрушающие церкви и преследующие религию, враги мои, как одного из активных деятелей церкви, епископа».

А вот как епископ Лука описал один из допросов: «На допросе чекист спрашивал меня о моих политических взглядах и о моём отношении к Советской власти. Услышав, что я всегда был демократом, он поставил вопрос ребром: «Так кто Вы – друг или враг наш?» Я ответил: «И друг и враг. Если бы я не был христианином, то, вероятно, стал бы коммунистом. Но Вы возглавили гонение на христианство, и поэтому, конечно, я не друг Ваш».

Тропарь, глас 1-й

Возвестителю пути спасительного, исповедниче и архипастырю Крымския земли, истинный хранителю отеческих преданий, столпе непоколебимый, Православия наставниче, врачу богомудрый, святителю Луко, Христа Спаса непрестанно моли веру непоколебиму православным даровати и спасение, и велию милость.

Пасха.ру

 

Оставить комментарий на статью

Ваше имя:
Ваш E-mail:
* Комментарий:
* Введите число на картинке:
* - поля, необходимые для заполнения

О сайте | Фотогалереи | Вопрос священнику | О Пасхе Христовой | Христос Воскресе! | Святые отцы о Пасхе | Как праздновать Пасху? | Что подарить на Пасху? | Пасхальные песнопения | Поздравительные открытки | Пасхальный пир | Пасха в литературе | Знаменитые храмы Воскресения Христова | Детская страничка | Пасхальное Евангелие | Пасхальные службы | Пасхальные проповеди | Об изображении Воскресения Христова | Фотогалереи | Обои для рабочего стола | Заставки для мобильных телефонов | Рингтоны | Медиа | Наши проекты | Пасхалия | Иконы и фрески | Пасхальные послания | Новости | Соборная площадь | Редакция сайта | Магазин

© 2006—2013 Пасха.ру
Материалы сайта разрешены для детей, достигших возраста двенадцати лет Условия использования

Если вы обнаружили ошибку в тексте, сообщите нам об этом.
Выделите мышкой область текста и нажмите Ctrl+Enter.
Яндекс.Метрика